— Как себя сейчас чувствует Евгений Алдонин? — Летом мы виделись и даже играли в падел. Женя обожает эту игру и не может просто наблюдать со стороны: ему сразу хочется поучаствовать. Пока он продолжает бороться с болезнью. Надеемся, что скоро одержит над ней победу и вернётся к нам, чтобы наконец постоянно играть в падел и футбол. — Я так понимаю, в июлеон вернулся в Москву? — Да, некоторое время провёл дома. Казалось, всё складывается неплохо: Евгений чувствовал себя хорошо. Увы, у него крайне коварный недуг, и сейчас он снова проходит лечение. Давайте верить в лучшее. — Речь об очередном курсе химиотерапии? — Не знаю всех подробностей, да и пусть Женя сам решает, стоит ли об этом говорить. Могу лишь сказать, что недавно мы его провожали, и он опять уехал. Отправился ли Алдонин в Германию? Скажу только, что сейчас его нет в Москве. Онзаписал видеообращениедля прощального матча Вагнера Лава, но лично на нём присутствовать не мог. — Как прошло лечение в Германии перед возвращением в Москву? — Смотреть на него было приятно: человек пришёл в себя. Он был бодр, ходил и общался со всеми. Повторюсь, позволял себе даже играть в падел. Мы радовались, ведь положительная динамика казалась очевидной. Но с таким недугом приходится постоянно держать ухо востро. — Как часто общаетесь с ним? — Два раза в неделю точно, иногда и чаще. Стараюсь его подбадривать. — Требуется ли ему сейчас финансовая поддержка? — Поверьте, на лечение уходят огромные деньги, тем более когда приходится ехать за границу. Они нужны постоянно. Приятно, что мне звонят и пишут многие известные люди, спрашивают, чем могут помочь. Я направляю их к Жене. Но мне не хотелось бы раскрывать имена. Кроме того, в июне в Москве прошёл детский благотворительный турнир «Кубок Евгения Алдонина — 2026», в рамках которого также собирали средства. Я записывал для участников видеообращение. Болельщики тоже регулярно помогают. Мы стараемся проводить как можно больше подобных мероприятий, поскольку без поддержки со стороны эту битву не осилить. — Я так понимаю, Алдонин старается лишний раз не рассказывать о своих проблемах? — Он действительно не хочет это афишировать. Постоянно держится на позитиве и старается бороться. Мы, друзья, тоже помогаем, чем можем. Повторюсь, очень многие обращаются ко мне и спрашивают, куда перевести деньги. Вся футбольная семья объединилась, и это заслуженно, ведь Алдонин столько раз радовал страну. — Вы сказали, что Евгений играл в падел. То есть, в тот момент ему уже разрешили физические нагрузки? — Более того, врачи рекомендовали заниматься спортом, разумеется, без фанатизма. Женя с огромным удовольствием выходил на площадку, пусть и с ограничениями. Два раза мы с ним рубились, два раза он бегал с моими товарищами. Мы вместе выходили на корт и заодно общались. Для него это огромная отдушина, поскольку до болезни Алдонин был одним из лучших игроков в падел среди бывших футболистов и одерживал победы вместе со мной на крупнейших турнирах. — Ком к горлу не подкатывал, когда снова увидели его на площадке? — Не скрою, было приятно. Человек целый год лечился, а потом вернулся и сумел уделить хотя бы немного времени любимому делу. — Вы рассказывали, как вместе с Алдониным противостояли Евгению Малкину и Илье Ковальчуку. Им в этом виде спорта, наверняка, легче, чем футболистам? — Мы с Женей вышли на корт и просто перебрасывали мяч. В этот момент Малкин и Ковальчук захотели присоединиться, думая, что легко возьмут над нами верх. Но у них не было ни единого шанса. В целом хоккеисты всё схватывают быстро, и падел им тоже нравится. Но футболисты всё же посильнее. Во-первых, мы больше практикуемся. Во-вторых, двигаемся лучше, ведь основная нагрузка идёт именно на ноги. Раньше все футболисты по окончании карьеры перебирались в большой теннис. Некоторые пробовали себя в хоккее, поскольку там не болят травмированные колени и поясница. А когда регулярно выходишь на корт, спина и суставы сразу дают о себе знать. Раньше мы рубились и с Александром Мостовым, и с Николаем Писаревым. Сейчас все увлеклись паделом. Весьма неплохо играют Валерий Карпин и Ролан Гусев. К слову, на днях я сражался с Артёмом Дзюбой в теннис. Леонид Слуцкий сначала сам противостоял другу, а потом рассудил нас. Конечно, я одержал победу. Но видно, что Артёму это нравится: он уже смотрится неплохо, и технику ему поставили. Плюс он находится в отличной физической форме. Однако до моего уровня ему пока далеко. Но если Дзюба не забросит заниматься, то начнёт обыгрывать многих футболистов. — Дзюба и Слуцкий тоже находятся в контакте с Алдониным? — Разумеется. Они звонят ему и интересуются делами. Как раз на корте мы обсуждали состояние здоровья Жени и желали ему скорейшего выздоровления. — Можно сказать, что спорт помог Евгению немного забыть о недуге? — Для него это действительно отдушина. Ведь он заявлялся чуть ли не на профессиональные турниры. Даже когда Женя не мог играть по состоянию здоровья и просто смотрел матчи, он получал удовольствие. Потом мы отправлялись куда-нибудь пообедать, и чувствовалось, как сильно он хочет полноценно вернуться. — А в футбольных встречах он участия не принимал? — Его звали, но, насколько я понимаю, Жене всё-таки тяжеловато было столько бегать. Другое дело — падел. Это бесконтактный вид спорта, где не тратишь так много сил, хотя нагрузку получаешь приличную. — В каком психологическом состоянии пребывает Алдонин? Насколько ему удаётся сохранять бодрость духа? — Он настоящий мужик. Когда тебе ставят такой диагноз, остаётся только держаться и бороться. Женя каждый день показывает, что он боец и не унывает. Он прекрасно осознаёт: для победы над онкологией требуется приложить массу усилий. — Неужели с товарищами Алдонин не позволяет себе дать слабину? — Сначала он очень переживал. Помню, как ему только поставили диагноз: Женьке пришлось несладко. Это был самый тяжёлый момент, и не каждый выдержит подобное испытание. Но в это время его близкие и друзья сплотились вокруг Евгения и постоянно пытались отвлечь от грустных мыслей. — Вы узнали о недуге одним из первых? — Не только я, но и те, кто с ним играл. Он рассказал, что тяжело болен и что впереди его ждёт сложное лечение в Германии, включающее несколько курсов химиотерапии. Причём положение оказалось настолько непростым, что он сразу отправился туда: медлить было опасно. В итоге он провёл в Европе целый год. — Что сейчас помогает Евгению держаться помимо друзей и спорта? — Разумеется, поддержка семьи. Супруга и дети постоянно находятся рядом с ним. Мы тоже регулярно с ним общаемся, ведь ему это необходимо, чтобы продолжать бороться.